С жизнью наедине

1974-й. Лени тринадцать лет, ее отец недавно вернулся с вьетнамской войны. Вернулся совсем не таким, как прежде, - злым на весь мир, растерянным и сломленным. А вскоре получил наследство - небольшой участок земли там, где почти нет людей, где лишь прекрасная, пусть и суровая природа, - на Аляске. И вскоре Лени с родителями отправляются в этот загадочный и неведомый мир. И поначалу кажется, что Аляска отвечает всем их надеждам и ожиданиям. В этом диком краю они находят сообщество сильных мужчин и еще более сильных женщин. Но приближается зима, и на Аляску медленно опускаются тьма и холод, которые обратят отца в дикого зверя. И то, что начиналось как приключение, оборачивается драмой. Лени и ее матери предстоит узнать, что Аляска не только прекрасна, но и ужасна, что она может как спасти, так и погубить. В этом краю каждый день ставит человека перед выбором между жизнью и смертью. В этой глуши, на самой окраине цивилизации, человек понимает себе истинную цену.
1978-й. Лени уже взрослая девушка, она освоилась в диком краю, полюбила его, стала своей. В ее жизнь вошла любовь, она мечтает о будущем. Но прошлое цепко держит ее, не желая отпускать. И драма стремительно перерастает в трагедию.
Новый роман Кристин Ханны - невероятной интенсивности семейная сага, полная бурных событий и сильных чувств. История любви и почти шекспировская драма разворачиваются на фоне прекрасных пейзажей Аляски.

Кристин Ханна - автор более 20 романов, в том числе 'Соловья', невероятно успешного мирового бестселлера.
После невероятного успеха 'Соловья' у Кристин Ханны был огромный искус зайти на этот путь во второй раз, но она его преодолела. И написала семейную драму, разворачивающиеся в суровых пейзажах Аляски. Эта книга нисколько не похожа на 'Соловья', но и не похожа на все то, что Кристин Ханна писала прежде. Об Аляске Кристин знает не понаслышке - она выросла там, ее родители живут там и поныне. Ее семья - одна из самых уважаемых в этой суровой стране. После выхода в США роман сразу попал на верхние строчки списков бестселлеров, где и держится уже несколько месяцев
У Ханны обостренное чувство драмы. В новом романе она обратилась к истории собственной семьи, жившей у последнего рубежа Америки - на Аляске, суровой и неприступной. В 1970-е годы Аляска еще не стала местом, куда стекаются бесчисленные туристы, это был край суровых мужчин и стойких женщин, край одиночек, выживающих в борьбе с природой. Именно в эти годы и происходит действие новой книги Кристин Ханны.

'Мы приехали на Аляску в семидесятых. Время было неспокойное: демонстрации протеста, теракты, похищения людей. То и дело пропадали студентки. Война во Вьетнаме разделила страну. От такой вот жизни мы и бежали на Аляску. Как многие чичако до и после нас, подготовлены мы были плохо. Ни денег, ни подходящей одежды, ни припасов. Мы толком ничего не умели. Перебрались в хижину в отдаленном уголке полуострова Кенай и быстро поняли, что совершенно не приспособлены. Даже машину (у нас тогда был микроавтобус 'фольксваген') выбрали неудачно. Мне как-то сказали, что Аляска не воспитывает характер, а выявляет. Как ни прискорбно в этом признаваться, но здешний мрак выявил мрак в душе моего отца. Он воевал во Вьетнаме, был в плену. Тогда мы не понимали, что это значит. Теперь знаем. Наука не стоит на месте, мы научились помогать таким, как мой отец. Мы понимаем, что война способна сломить даже сильных духом. Тогда же помощи ему ждать было неоткуда. Впрочем, как и женщине, которая стала его жертвой. Здешняя глушь с ее темнотой и морозами ужасно повлияла на отца, превратила его в дикого зверя, как те, что обитают в тайге. Но тогда мы об этом и подумать не могли. Да и откуда нам было знать? Мы, как и многие другие, мечтали, прокладывали маршрут, потом прикрепили на автобус плакат с надписью 'Аляска или смерть!' и отправились на север, совершенно не подозревая, что нас там ждет.
Этот штат, этот край не похож ни на один другой. Он прекрасен и ужасен, он и губит, и спасает. Здесь, где снова и снова приходится выбирать, жить или умирать, в самом глухом уголке Америки, на окраине цивилизации, где вода во всех своих формах может тебя убить, понимаешь, кто ты такой. Не кем хочешь быть, кем себя считаешь или кем тебя воспитали. Все это уничтожат месяцы леденящей темноты, когда в подернутое инеем окно толком ничего не разглядеть, мир сжимается, и ты вдруг постигаешь истину о себе. Понимаешь, на что способен, чтобы выжить. Этот урок - это откровение, как мама мне когда-то сказала о любви, - великий и ужасный дар Аляски. Тех, кто приехал сюда исключительно за красотой, за какой-то выдуманной жизнью, тех, кто ищет здесь убежища, неминуемо ждет разочарование. На необозримых просторах здешней непредсказуемой тайги люди либо открывают лучшее в себе и расцветают, либо с воплями сбегают от мрака, холода и трудностей. Третьего не дано. Здесь, в бескрайней глуши, о безопасности не может быть и речи.
Для нас, тех немногих, кто крепок и силен, для мечтателей Аляска раз и навсегда становится домом, песней, которую слышишь, когда все вокруг замирает и затихает. Ты либо становишься частью этой земли, такой же дикий и неукротимый, как она, либо нет. Я стала'.

Эмоциональная семейная сага, разворачивающаяся в 1970-е на фоне суровых и прекрасных пейзажей Аляски.
People

Удивительное сочетание греческой трагедии, любовной мелодрамы и драматической семейной саги.
Kirkus Review

Убедительный портрет семьи, оказавшейся на грани разрушения, и общества в преддверии огромных перемен. Лишь горы и леса Аляски неизменны в своей неприступной красоте. Великолепный роман о нерушимой связи между матерью и ребенком, о величии женщины, готовой в буквальном смысле своротить горы ради любимых.
Journal Journal

Я не просто влюбилась в эту книгу, я одержим ею. Кристин Ханна написала мастерский роман о том, что любовь может как спасти нас, так и уничтожить.
Карин Суон, Sunday Times

Романтика и прекрасные пейзажи Аляски, на фоне которых разворачивается сложная семейная драма, наполняют книгу огромным обаянием, которому нельзя не поддаться.
BookBrowse Review

Эпический роман о человеческой воле и способности преодолевать немыслимое.
Real Simple.